Ну что ж, пора дальше.

Поворот... еще поворот... автомобиль, который чешет бампер задней ногой... перекресток... где-то сбоку хлопают одиночные выстрелы... пуля возле самого уха... тротуар почему-то сырой... к щеке прилип окурок... тишина... тишина... тишина... пора вставать... снова поворот... перекресток... еще поворот.

Он привалился к стене, чтобы отдохнуть и почему-то вспомнил о детекторе опасности.

Интересно, что с ним теперь? Наверное так и лежит на тротуаре? А может его уже подобрали и пытаются вскрыть? Черта с два, ничего не выйдет.

А может, действительно, за ним кто-то следит и делает все чтобы запутать? Но зачем?... А все-таки... Нет, чушь!... Ну ладно, там видно будет, а сейчас надо идти вперед...

Из стены высунулась чешуйчатая нога и сделала Питкину подножку. Он рухнул и тотчас же вскочив, выхватил бластер. Поздно. Нога уже исчезла. Зато дом, возле которого он стоял, вдруг пронзительно захохотал. И долго трясся своим кирпичным телом, рискуя потерять один из балконов. А потом затих.

Вот так... Надо собирать информацию и только когда ее будет достаточно, можно распрощаться с этой планетой. Не раньше... эх!

Питкин вдруг понял, что боится этой планеты. Боится так, что растерял весь гонор и стал из героя космопроходца обыкновенным испуганным человеком.

Стыдно!

Питкин скрипнул зубами и выпрямился. А потом сунул бластер в кобуру и нарочито неторопливо пошел по улице. Он даже рискнул заложить руки за спину, хотя и почувствовал при этом настоящий ужас. Но все же заложил и даже слегка улыбнулся.

Вот так!

Он шел мимо домов из кирпича, пластика и стекла, мимо домов похожих на грибы и покрытых толстой, потрескавшейся корой, построенных из пустых бутылок и листов алюминия. Он шел и готовился, в очередной раз повторяя про себя вопросы, которые задавал уже во многих мирах и на которые везде получал нужные ответы.

Да, он решил, что сегодня, именно сегодня он должен насытить информацией этот проклятый компьютер, забросать, завалить и затопить...