- А старый Жвачкун - голова, правильно сказал, чтобы Питкина не трогали, вот он и выздоровел.

И Питкин уже бормотал:

- Да что вы - ребята... да я же с вами... я же так, бывает... ну с кем не случается!

А ему отвечали дружным смехом.

Через полчаса они отправились на охоту. Перестреляли чертову уйму жужелиц и вернулись в город увешанные трофеями. Солнце по этому поводу задержалось на небе лишних три часа, все ждало, когда они навеселятся, насмеются, натанцуются.

Прямо на мостовой пылали гигантские костры. На огне поджаривалось мясо жужелиц и любой, кто хотел, мог подойти и отрезать себе приглянувшийся кусочек.

А когда солнце устало и ушло отдыхать за горизонт, Большая Берта и Питкин тихо исчезли в одном из узких, неприметных переулков. Там Питкин прислонил Большую Берту к стене и снова очень близко увидел ее глаза. Потом они поцеловались.

А когда отодвинулись друг от друга, жадно хватая ртами воздух, Берта сказала:

- Да заткни ты эту верещалку, сосредоточиться не дает.

- Какую верещалку? - не понял Питкин и только тут услышал, что действительно, совсем недалеко, что-то верещит. Он нагнулся и поднял маленький, металлический кубик. - Что это? - спросил Питкин, разглядывая странную штуковину. Что-то она ему напоминала. На секунду в памяти всплыли слова "детектор опасности" и тут же исчезли. Бессмыслица какая-то!

Питкин пожал плечами и, прежде чем повернуться к Большой Берте, кинул кубик в канализационный люк. Он провалился сквозь прутья решетки, и верещанье смолкло. Через секунду в люке что-то полыхнуло.

Но Питкин этого уже не видел. Он целовал Большую Берту.

Питкин не видел также, как из люка выскочил маленький зеленый лягушонок. Некоторое время он таращился на луну, а потом пронзительно заквакал. Три длинных квака, три коротких и снова три длинных...